Внимание! Некоторые материалы сайта предназначены только для взрослых. Если Вам не исполнилось 18 лет - немедленно покиньте сайт!

Мисс Высокие каблучки – окончание

700x180 funfactory stronic

На следующее утро Вайолет и Деннис (в облике Денизы) отправились на конной упряжке в деревню. Правила лошадью Вайолет, она же с удовольствием командовала своей “подругой”, строго следя за соблюдением правил поведения молодой леди. Они заходили в дома, беседовали с арендаторами. “Дениза” еще раз убедилась в том, какую ненависть испытывали эти люди к Деннису Берилу, и как рады они, что взбалмошного юнца в управлении имением заменила его рассудительная двоюродная сестра.

После обеда Вайолет по просьбе Элен повезла “Денизу” сначала на выставку цветов, а затем в магазины. В обувном ателье специально для “Денизы” изготовили пару черных ботинок на очень высоком каблуке. Несмотря на несомненную привлекательность обновки, “Дениза” возмутилась чрезмерной высотой каблуков, за что была немедленно наказана подругой. Вайолет заставила ее взабраться на стул посреди общего зала ателье и простоять там на виду у всех посетительниц полчаса.

Перед ужином Деннис принимал ванну у себя в комнате. Ему помогала Феб. Молодой человек вспомнил про служанку Нету, с которой он случайно сблизился в женской школе. Ей он поведал всю свою историю. Их доверительные отношения быстро переросли в интимные и длились в течение всего пребывания Денниса в женской школе, разумеется, в условиях строжайшей тайны. И вот сейчас, собственная нагота и близость молодой женщины всколыхнули в памяти те отношения и подвигли юношу на смелое предложение. Он попросил, чтобы Феб помассировала ему соски. Необычно большие для юноши груди Денниса обладали столь высокой чувствительностью, что женщине не составило труда довести молодого человека почти до оргазма. Но когда до момента наслаждения оставалось совсем чуть-чуть, Феб прекратила игру. “Это послужит вам наказанием за вашу собственную испорченность!” – пояснила она и как ни в чем не бывало принялась наряжать “молодую леди” к ужину. Когда Деннис был полностью облачен в пышное платье, Феб перенесла (именно так, на руках) его в будуар Элен. Сестра, убедившись, что “Дениза” выглядит безупречно, стянула ей кожаными ремнями запястья за спиной и ступни и предупредила, что после ужина молодому человеку предстоит серьезный разговор с тетей Присциллой. После этого служанка-гренадер отнесла юношу в гостиную и усадила на диване. Там его увидела Вайолет. Вид связанной “Денизы” в роскошном платье и драгоценностях настолько подействовал на девушку, что она поцеловала беспомощного Денниса сначала в губы, а потом и в подъемы затянутых в ажурные чулки ног. Неизвестно, что последовало бы дальше, но тут появилась тетя Присцилла, которая позвала Феб и попросила ее перенести “мисс Денизу” к столу. Перед ужином “Денизе” развязали только руки. В те несколько минут, которые Вайолет и Деннис оставались после ужина наедине, девушка призналась, как нравится ей видеть юношу одетым в красивое платье и со связанными руками и ногами, и как хотелось бы ей самой проделывать с ним подобное. Это ввергло Денниса и в ужас, и в ярко выраженный эротический восторг.

Феб перенесла молодого мужчину в комнату мисс Присциллы и поставила его перед большим зеркалом. Тетушка потребовала, чтобы во время разговора Деннис смотрел только в него и не смел поворачивать голову.

“Учитывая склонность твою к поведению возмутительному и непочтительному, мы с Элен желаем, чтобы ты навсегда остался под руководством женщин!” – заявила ему мисс Присцилла.

“Я излечился уже от своих дурных наклонностей. Пока я нахожусь в платьях и юбках, вполне разумно, что я подчиняюсь вам и Элен. Но когда я перестану носить женскую одежду и стану вести образ жизни молодого мужчины, будет недостойно мне, хозяину поместья и всего состояния, находиться под властью женщин”. Говоря это, Деннис имел неосторожность повернуться в сторону собеседницы и тем самым нарушил данное ему предписание смотреть только в зеркало. Эта строптивость очень не понравилась мисс Присцилле, и в качестве борьбы с непокорностью была избрана короткая, но увесистая резиновая дубинка, которая быстро довела юношу до слез.

700x180 tenga

«Она высушила мои глаза носовым платком».

“Мы продолжим с того места, на котором остановились. Если хочешь, в твоих собственных интересах признать власть женщин, стать их добровольным рабом. И есть способ смириться с этим положением. Ты должен получать удовольствие от своего подчинения. Очевидно, что ты уже находишься на положении раба. Также  ясно и то, что тебе доставляют удовольствие наказания. Особенно, если ты находишься в женской одежде. Чтобы сделать твое пристрастие определяющим в жизни, остается только связать в сознании получаемое высшее удовольствие с тем, как ты выглядишь. Ты должен полюбить себя в женских корсетах и платьях, шелковых чулках, изящных туфлях, длинных  перчатках. Я уже не говорю о восхитительном чувстве нежного женского белья. Шелк, кружево… Поэтому, ответь мне на вопрос: ты когда-нибудь любил женщину? ”

“Нет, мисс. Присцилла,” – соврал я.

Она с удовлетворением кивнула головой.

“А ты когда-нибудь наслаждался женщиной?”

Я покраснел от смущения. Я чувствовал, что отвечать правду в моих обстоятельствах было бы небезопасно.

“Вы не должны задавать мне такие вопросы,” – ответил я.”

Этот отказ был воспринят мисс Присциллой как очередное проявление дерзкого непослушания, и в ход вновь пошла резиновая дубинка. После очередной экзекуции допрос продолжился.

“Итак, отвечай мне, Дениза. Ты когда-либо наслаждалась женщиной?”

Я ответил сквозь рыдания: “Никогда!”

Тонкие губы мисс Присциллы изогнулись в высокомерной улыбке.

“Я не сомневалась, что такое женоподобное создание как ты не могло еще иметь ничего с женщиной. Но хотела убедиться в этом. Если бы ты уже познал женщину, нам с Элен было бы труднее иметь с тобой дело. Важно было вписать покорность в твой характер, пока чувственность твоя представляет собой чистый лист”.

“Я перехожу к другому предмету, Дениза. Когда ты восхищалась женщинами, что тебе нравилось больше всего? Что в женщинах тебя привлекает?”

Я был поражен и не знал, что сказать.

“Если ты не ответишь правдиво и немедленно, Дениза, я надену пару стальных наручников поверх твоих замечательных тонких перчаток”.

Мое сердце прыгнуло. Я залился краской от тайного удовольствия. Посмотрел на аккуратные пальчики, которыми придерживал юбку своего прекрасного платья. Наденьте на них наручники, мисс Присцилла! Божественная тоска заполнила меня!”

И стоило Деннису чуть задержаться с ответом, как мисс Присцилла привела свою угрозу в исполнение.

“Теперь, Дениза, надеюсь, ты скажешь мне, что же именно прельщает тебя в женщинах?”

“Их ноги и лодыжки,” – ответил я стыдливо.

700x180 softee ballsy super cock

Глаза мисс Присциллы триумфально вспыхнули.

“Побробнее, Дениза?”

Я опустил голову, но продолжил: “Мне нравятся изящная обувь из лакированной кожи с длинными кожаными голенищами и высокими каблуками в стиле Луи XV. И туфли из лакированной кожи, украшенные бантами из шелковых лент. И маленькие шелковые туфельки с блестящими пряжками на высоких каблуках”.

Мисс Присцилла кивала с удовлетворением: “То есть то, в чем мы тебя сейчас и держим?”

“Да, мисс Присцилла”.

“Я так и думала, наблюдая за тобой. Ты – фут-фетишист!”

Так вот, что означало это слово! Как хорошо она изучила меня! Мне стало очень стыдно.

“Но этого мало, Дениза. Вид женских ножек в изящной обуви привлекает твой глаз, но не это вызвало в тебе такое возбуждение, какое я заметила, когда ты стояла вчера вечером в углу”.

“Да,” – признал я шепотом. “Но, мисс Присцилла, не задавайте мне больше такие вопросы; мне очень стыдно”.

“Я обязана задать их,” – возразила она неумолимо. – “Ты должен помнить, что являешься молодым джентльменом с огромным богатством, огромной властью и огромными обязанностями, к которым оказался не готов. И что мы с Элен несем  ответственность за тебя. Если ты когда-либо получишь свободу, то  злоупотребишь своей властью. Поэтому мы вынуждены держать тебя в неволе, и я должна знать малейшие детали твоего характера. Женская обувь тебе нравится, но не она так возбуждает твою чувственность. Что же это? Отвечай!”

Очередной отказ вызвал вспышку гнева у женщины и на лицо юноши обрушился град пощечин, который вновь сломил его сопротивление.

“Я обожаю, когда женщины заставляют меня носить корсеты, платья, длинные перчатки и туфли на высоких каблуках!”

“Это все?”

“Я люблю, когда меня в них наказывают!”

“А сейчас ты возбужден?”

“О, мисс Присцилла!”

“Отвечай!”

“Да!”

“Мысль о том, что тебя могут нарядить в платье, заставить надеть туфли на высоких каблуках и наказывать в них, будоражила твое воображение раньше, чем это на самом деле произошло в жизни?”

“Да”.

“Когда это случилось первый раз?”

“Когда я был еще мальчиком.”

“Как это произошло?”

Ужасный допрос заставлял вытаскивать наружу все мои тайны.

“Конечно, я знала, что ты очень хотел, чтобы женщины наряжали тебя в девичью одежду,” – спокойно продолжила мисс Присцилла.

“Вы знали это?” – я задохнулся от изумления.

“Я предполагала это, зная тебя. Это весьма обычная фантазия у миловидных, женоподобных мальчиков. Но мне важно знать, как именно эта мысль проникла в твое воображение”…

intimSHOP.ru

…”Как-то моя гувернантка решила наказать меня и положила к себе на колени.  Мне было семь лет. Когда она шлепала меня, я смотрел вниз, и видел только ее ноги. А на ногах у нее были очень красивые ботинки из лакированной кожи со шнуровкой и высокими каблуками”.

Мисс Присцилла кивала: “Я предполагала что-то такое. Ты понимаешь теперь, Дениза, почему мы одевали тебя в женскую одежду и подвергали к наказаниям. Если тебе нравилась даже мысль об этом, сколь привлекательной стала воплощенная реальность! И как легко будет удержать контроль над тобой!”

Да, передо мной открылся настоящий и ужасный заговор, в результате которого эти две женщины хотели превратить меня в их добровольного заключенного. И все же, несмотря на это открытие, я был неспособен противиться”…

…Мисс Присцилла, казалось, читала мои мысли. Лаская мои колени, она говорила: “Разве мы ошибались, наряжая тебя прекрасной девушкой, как сейчас? Почему леди должны терпеть рядом с собой молодого мужчину в уродливых брюках вместо того, чтобы любоваться прекрасной, затянутой в корсет девушкой с изумительными длинными волосами, которую охватывает возбуждение, когда она слышит шелест шелкового платья и видит маленькие туфли на высоких каблуках?”

Она продолжала настойчиво, с медленным, чувственным вниманием ласкать мои ноги.

“О, да, мисс Присцилла,” – безвольно бормотал я. – “Вы были правы”.

“И когда на тебе были корсет и платье, и длинные перчатки, разве не вправе мы были связать тебя? Разве не просили твои ноги, обтянутые ажурными чулками, чтобы их зажали в колодки? Разве твои руки в длинных перчатках не хотели, чтобы их сковали наручниками?”

Я уставился на свое отражение в зеркале, и увидел красивую девушку с покрасневшим лицом и растерянной улыбкой на губах. Белые туфельки на высоких каблуках и в тон им подобранные,  поблескивающие белые шелковые чулки. Я восхищался ими, даже будучи связан кожаными ремнями и скован наручниками. И то, что тощая, высушенная старуха в простом черном платье имела полную власть над этой утонченной красоткой, невероятно возбуждало меня.

“О, конечно, вы были правы,” – бормотал я бездумно, почти теряя контроль над собой под действием ее ловких рук.

“Подумай,” – продолжала она, – “ни одна женщина никогда не станет наказывать тебя, если ты будешь носить мужской костюм. Твое наслаждение доступно только тогда, когда на тебе корсет и платье, чулки и туфли с высоким каблуком, и только тогда ты подвергаешься столь желанному унижению. Разве подчинение женщинам не заставляет трепетать твое сердце?”

“О, да, да, это так! Да, это так!” – закричал я, почти падая в обморок от эротического удовольствия.

Это говорил Деннис Берил, молодой мужчина с большим состоянием и высокими амбициями. Но руки мисс Присциллы были так нежны, так волшебно знали все, чего мне хотелось, что другого ответа и не могло быть. Состояние, имя, саму жизнь, я готов был отдать в этот момент ради нее и Элен. Я склонился к мисс Присцилле, насколько это позволяли сделать наручники и кожаные ремни. Это был экстаз. В этот момент мне казалось, что носить корсет и прекрасные декольтированные платья, и предвкушать каждый день угрозу того, что в любой момент и за малейшую провинность тебя могут сковать, связать, наказать самым изощренным способом – вот это была жизнь, это было высшее проявление радости, дарованное мне!

“Держите меня связанным в самых изящных нарядах! О, мисс Присцилла, благодарю вас!” – я трепетал и задыхался, откинувшись назад, пока тело мое переживало мучительно сладкую, животную радость.

Мисс Присцилла торжествующе вскрикнула. Она освободила меня от оков, помогла подняться и провела к дивану, где я без сил повалился на спину.

“Я покрою твое лицо,” – сказала она и достала черный шелковый платок. С явным презрением  тетя оглядела мою распластанную фигуру.

“Вот и все! А помнишь, как ты любил дразнить меня, разбрасывая повсюду грязную одежду и стуча тяжелыми ботинками по паркету? Теперь не будет никаких грубых ботинок! Никогда! Только самая изящная, маленькая обувь с высокими, тонкими каблуками. С Деннисом Берилом покончено!”

***

Элен делала все, чтобы девичья жизнь пришлась мне по душе. Следующие несколько месяцев были наполнены удовольствиями, которые прерывались разве что моими собственными припадками сожаления и раскаяния. Но не часто и не долгими. Я был окружен роскошью. И был отравлен ею. У меня были красивые платья, прекрасная лошадь для прогулок, Вайолет, которая любила испытывать на мне свою причудливую натуру ласкового тирана, почти неограниченная свобода и, что было еще привлекательнее – возбуждающие наказания. Фантазия мисс Присциллы была необычайно изобретательна в этой области. Ее проект должен был смешать боль и удовольствие в моем сознании, так, чтобы я никогда не мог и подумать об удовольствии, не испытывая боли. И как только этот принцип  будет внедрен в мое существо, я навсегда останусь в добровольном подчинении  моим женским тиранам.

Вскоре нашу местность посетил некий молодой, быстро набирающий вес политический деятель. Он пробился наверх, не имея ни звучного имени, ни поддержки влиятельных друзей. Элен и Вайолет хотели послушать его выступление и взяли меня с собой. Наши места были на возвышении. Оратор имел большой успех, речь была великолепна. А я не мог отделаться от острой досады, слушая восхваления в его адрес. Если он без посторонней помощи смог подняться так высоко, сделать такую прекрасную карьеру, то чего мог бы добиться я со своим положением и связями?! Разочарование поглотило меня. Вернувшись домой, я последовал за Элен в ее будуар.

Интимные украшения

“Сколько это будет продолжаться?” – вопрос слетел с языка, как только за моей спиной закрылась дверь. – “Как долго вы собираетесь держать меня в женской одежде и лишать положения, принадлежащего мне по праву рождения?”

Элен спокойно рассматривала мое возбужденное лицо.

“Ни секунды дольше, нежели ты сам пожелаешь, дорогой,” – ответила она. – “Можешь расстаться с женской одеждой хоть сейчас!”

В этот момент на мне было красивое черное бархатное платье, украшенное большими шелковыми бутонами, лакированные туфли с серебряными застежками, большая черная шляпа с голубыми лентами, завязанными под подбородком и длинные белые лайковые перчатки. Не говоря ни слова, не обращая внимание на мое растерянное лицо, Элен принялась снимать с меня весь этот великолепный наряд. Через несколько минут на мне остались только черные шелковые чулки с подвязками и туфли на высоких каблуках. Закончив, она связала мне руки за спиной.

“Идем, Дениза,” – скомандовала она, открыла дверь и, взяв меня за руку, подтолкнула к выходу. Мне стало стыдно за свой внешний вид. Я попробовал упираться и бросился просить прощения.

“Слишком поздно,” – отрезала она мрачно.

Элен привела меня в малую гостиную и заставила стоять в углу, пока не пришло время переодеваться к обеду.

“Сегодня вечером у нас званый обед, дорогой,” – ее голос был полон яда. – “Ты должен появиться на нем в качестве Денниса Берила, и надеюсь, тебе понравится твой новый облик!”

Феб надела на меня женскую сорочку и панталончики, сплошь покрытые кружевными оборками. Затем затянула белый шелковый корсет, и как мне показалось, на целый дюйм туже, чем обычно.  После этого сразу принялась натягивать длинные лайковые перчатки. Затем она вышла и вернулась с короткими узкими черными бархатными штанишками, длина которых позволяла закрыть не более чем половину бедра. Она застегнула их большими, сделанными из драгоценных камней пуговицами и вдобавок затянула пояском с алмазной пряжкой. Мне стало не по себе: штанишки были настолько короткими, что не прикрывали торчащие из под них оборки панталон. К довершению всего остались совершенно неприкрытыми ярко синие подвязки черных чулок, крепившиеся к корсету. Но Феб не обращала на мое недоумение никакого внимания.  Она уже надевала на мои ноги лакированные туфли с алмазными пряжками и с высокими, в пять с половиной дюймов, красными каблуками в стиле Луи XV.

Поверх корсета Феб накинула черную бархатную курточку с короткими рукавами, какие встречаются на полотнах Фрагонара, отороченную полосками белого шелка и украшенную теми же, сделанными из драгоценных камней пуговицами, что и штанишки. Она была настолько узкой в талии, что когда могучая служанка застегнула ее полностью, я не мог вздохнуть! И это в добавление к туго затянутому корсету! Но зато сверху курточка была совершенно открыта и не скрывала ни край корсета, ни девичью опухающую грудь. Волосы, завитые большими локонами, были опущены на плечи, у лица их поддерживала белая шелковая лента с пышным бантом сбоку. Серьги, ожерелья, и браслеты как обычно завершали этот странный наряд. Была в нем одна деталь, которая делала его почти унизительным. Бархатные штанишки были не только короткими, но и очень узкими. Они так туго обтягивали таз, что кожаный футляр, в который были заключены мои гениталии, гротескной уродливой грушей обрисовывался спереди и сразу бросался в глаза.

В этом унизительном виде, не уставая осыпать насмешками, Феб провела меня коридорами моего же собственного дома в спальню Элен.

Я был в слезах. Ничуть не обращая внимания на мое состояние, Элен сковала мне руки за спиной наручниками, а затем закрепила на лодыжках небольшие стальные кандалы, соединенные цепочкой.

“Обернитесь, мисс Высокие каблучки,” – в ее голосе не было ни тени сочувствия.

“Так тебя будут теперь называть. Деннис Высокие Каблучки. Единственное имя, с которым к тебе будут обращаться. Обернись и позволь мне убедиться, что швы чулок на твоих  ногах безупречно прямы”. Придирчиво оглядев, она развернула меня к зеркалу. Я увидел там нелепую девушку, которая для какого-то безумного маскарада накинула на женское нижнее белье верхнюю одежду пажа.

“О, Элен,” – простонал я, – “Ты не можешь выставить меня в таком виде! Ты же обещала, что я буду одеваться как девушка!”

“О, да! Этот наряд не может принадлежать молодой леди!” – ответила она со смехом. – “Молодые особы, как правило, не показывают оборки своих панталонов, как и не демонстрируют подвязки своих чулок. И не щеголяют в туфлях с такими высокими красными каблуками. Только непотребные женщины и молодые женоподобные господа носят туфли с каблуками в пять с половиной дюймов”.

“Элен, этот гульфик спереди – это ужасно!”

“Ты будешь носить это, дорогой, как символ твоего подчинения мне, как наглядное доказательство того, что женский пол одержал верх”.

В наручниках и со скованными ногами Феб отнесла меня вниз, в гостиную, и я был представлен всем нашим соседям, приглашенным на обед. Я умирал от стыда, а Элен принимала шумные поздравления.

“Как он похорошел!” – провозгласила госпожа Доусон, жена викария. – “И стал  очень похож на Денизу!”

“Да, мне так жаль, что Дениза не смогла остаться,” – с притворным сожалением развела руками Элен. – “Мы могли бы сравнить их. Но девушке пора было возвращаться к тете, и сегодня ей пришлось уехать домой, где, боюсь, она не очень-то счастлива”.

Леди обступили меня со всех сторон, мужчины отделывались высокомерными замечаниями издали.

“Думаю, оковы и наручники придают его облику более законченный вид,” – язвительно улыбалась леди Хартли.

“А туфли – великолепны!” – продолжала она осмотр. – “Женские туфельки на высоких каблуках – прекрасно подходят для своенравных, непослушных молодых господ”.

“Он, конечно, никогда не выглядел настолько симпатичным,” – подсмеивался Гай Рэптон. – “Я уверен, Деннис очень признателен своей сестре за то, с каким изяществом ей удалось подобрать наряд, учитывающий его необычную фигуру”.

Они говорили обо мне так, словно я был неодушевленной мраморной статуей. Мне было ужасно стыдно. В течение всего обеда я был вынужден стоять в центре столовой перед ними, держа пятки вместе, и только когда гости перешли к десерту, мне сняли наручники и разрешили поесть. По окончании обеда я еле перебрался в моих оковах в гостиную. Элен усадила меня на стул, подставив под скованные ноги обитую атласом скамеечку, и дала в руки вышивание. Мне приказано было молчать весь вечер.

В десять часов она забрала работу. “Не надо портить свои милые глазки, дорогой,” – сказала она. – “Думаю, и читать роман тоже не стоит. Ты можешь испачкать свои изящные белые перчатки. Танцевать в туфлях с такими высокими каблуками опасно. Лучше ступай за мной. Вайолет, ты пойдешь с нами?”

Элен сдвинула в сторону настенную панель, открывавшую проход в комнату наказаний, и приказала лечь на белую оттоманку лицом вниз. Под грудь мне она бросила белую атласную подушку.

“Подними свою голову, мисс Высокие каблучки. Правильно”.

Она взяла небольшой ремень из лакированной кожи и крепко связала мне руки за спиной. После этого аккуратно поддернув панталоны, чтобы не мешали кружевные оборки, стянула ноги выше коленей. Третьим ремнем она связала лодыжки. Наконец, четвертым ремнем Элен соединила мои ноги и руки в самой болезненной позе.

“Вайолет, попрошу тебя проследить, чтобы мисс Высокие каблучки не опускала голову и не двигалась”.

Вайолет взяла книгу и устроилась поудобнее в кресле рядом с оттоманкой. Она так и не заговорила со мной все то время, в течение которого я был одет как Деннис.

Положение, в котором оставила меня сестра, было мучительным. Держать голову высоко было очень трудно, и моя шея не выдерживала нагрузки. Иногда силы оставляли меня. Но если падали мои ноги, Вайолет больно щипала за  лодыжки, а если опускалась голова, то девушка дергала меня за уши до тех пор, пока я снова не принимал предписанную сестрой позу.

“Я думал, что вы любили меня, Вайолет,” – прохрипел я.

“Я любила свою милую подругу по имени Дениза,” – ответила она холодно.

“Как вам может нравиться быть мужчиной, мисс Высокие каблучки? Не опускайте ваши яркие туфельки! Быть мужчиной оказалось не так уж и приятно, не так ли? И этой маленькой неприятности не было бы, если бы вы оставались девушкой!”

Элен и мисс Присцилла возвратились только через час. Они поблагодарили Вайолет за помощь и отослали ее спать. Когда девушка покинула комнату наказаний, Элен спустила с меня бархатные штанишки и панталоны.

“Мы хотим, чтобы твоя карьера молодого джентльмена на высоких каблуках началась с примерной порки!” – почти торжественно провозгласила Элен. И приступила к экзекуции.

Итак, они спустили мои штанишки и панталоны и снова положили меня лицом на кушетку. Cогнули ноги в коленях и привязали правую ногу к правому локтю, левую ногу к левому локтю. Мне раздвинули бедра на всю возможную ширину и вставили распорку. Тогда Элен взяла свежую розгу. Она стояла передо мной и была восхитительна в своем прекрасном платье из розового шелка и маленьких изящных туфельках! Сейчас ее лицо словно вспыхнуло от удовольствия и, несмотря на весь ужас предстоявшей процедуры, я не мог не восхищаться сестрой. Как быстро пролетел этот миг любования! Элен подошла ближе, взялась за мою левую ногу и первый удар попал как раз между бедрами. Раз за разом розга злобно вспарывала белую плоть, причиняя страшную резкую боль.

Порка продолжалась и продолжалась, хотя мне казалось, что голова моя вот-вот взорвется от боли. Я не выдержал и завизжал, моля о милосердии.

“Сегодня ты должен получить сполна, дорогой,” – тяжело дыша, проговорила Элен. – “Воспоминания об этом вечере спасут мою очаровательную мисс Высокие каблучки от множества ударов розгами в будущем!”

И страшные прутья продолжили резать мои бедра, живот и даже самые нежные части тела.

Только когда силы готовы были покинуть меня, Элен остановилась и освободила мои руки и ноги.

“Надень свои штанишки, Деннис,” – презрительно бросила она.

Корчась от боли, я снова натянул панталоны и обтягивающие штанишки.  Мисс Присцилла вернула кожаные ножны на мои гениталии, застегнула штанишки и закрепила поверх них пояс с пряжкой. Затем она сняла с меня курточку, корсет и женскую сорочку, обнажив мое тело выше пояса. В зеркалах отразилась невероятно  странная картина: туфли с пряжками, шелковые чулки, оборки, узкие черные бархатные штанишки с украшенными драгоценными камнями пуговицами – и возвышающаяся над этим девичья белая грудь и покатые девичьи плечи!

Они уложили меня лицом вниз на другую оттоманку, на краю которой располагалась пара колодок. В них закрепили мои лодыжки, а руки приковали наручниками к ножкам оттоманки.

“Теперь ваша очередь, тетя,” – с ироничным поклоном обратилась Элен к мисс Присцилле.

Я рыдал так, что казалось, сердце разлетится на маленькие кусочки.

Бедра мои горели нестерпимо.

“О, пожалуйста, не надо!” – жалобно скулил я.

Элен встала передо мной и игриво хлопнула ладошкой по моему заплаканному лицу.

“Мы собираемся надеть на тебя алый корсет, который будет прекрасно смотреться с этими замечательными черными штанишками. О, это будет облегающий, декольтированный корсет, и розга тети Присциллы сейчас же примется за него. Я вот только не знаю, какой высоты будет наше изделие. Впрочем, поглядим. Начинайте, тетушка!”

Мисс Присцилла взяла свежую розгу, длинную, гибкую и ужасающую. Она взмахнула ей вверх, вниз, и затем обрушила на мою спину. Слева направо, а потом справа налево, тщательно избегая попадать на те участки плеч, которые не закроет вечернее платье.

Я заметался по оттоманке, заорал, зарыдал.

“Это ужасно! Это невыносимо! О, возьмите! Возьмите все мое богатство! Пусть я буду нищим! Только не мучайте меня!” В этот раз я не чувствовал никакого удовольствия от боли. Мне не хватало женской одежды, чтобы испытать прежнее чувственное волнение.

Элен засмеялась. Она подняла к моему лицу свою ступню в маленькой розовой атласной туфельке.

“Поцелуй мою ногу, дорогой!”

Я повиновался. И когда прикоснулся губами к теплой коже ее ступни, то мигом забыл и недавнюю боль, и свою ужасную потерю.

“Да, это действует,” – пробормотала сзади мисс Присцилла. Она сначала освободила мои руки, а затем связала их за спиной. Меня вновь лишили возможности сопротивляться. Я дергался, метался, рыдал, но это не вызвало никакой жалости. Меня перевернули на спину, и мисс Присцилла высекла розгами мой живот. Это наказание было самым мучительным из всех, пережитых мной. Когда она освободила меня, я был почти в обмороке. Все тело, с головы до пят, била нервная дрожь, зубы противно лязгали.

“Ерунда, моя дорогая мисс Высокие каблучки,” – Элен была безапелляционна. -

“Встань и приведи себя в порядок”.

Она подала мне шампанское и бренди. Когда я судорожно осушил и то, и другое, в ее руках оказался небольшой кнут.

“О, нет! Не надо!” – вскричал я в ужасе.

“Мы будем учить тебя повиновению, любимый. Вот это – хорошее средство для обучения. Но есть и другие. О, мы хорошо о тебе позаботимся. Все твое богатство, все твои драгоценности, вся твоя прекрасная одежда и туфли на высоких каблуках не спасут тебя. Мы научим тебя послушанию!”

Она заставляла меня крутиться на месте, и когда находила белое место на моем теле, поражала его кнутом до тех пор, пока оно не становилось такого же красно-кровавого цвета, как и остальное тело.

“Вот теперь твой алый корсет готов!” – подвела итог сестра и поцеловала меня с высокомерным выражением лица. Вызвали Феб, и служанка-гренадер отнесла меня, полуголого, рыдающего, наверх, где уложила спать.

Десять дней я провел в постели, один на один со своими горькими  размышлениями. На одиннадцатый день мне разрешили встать. Я уже мог надеть корсет, поддерживавший мои груди. Вечерело. Обед закончился. Я был одет в прекрасный бледно-лиловый шелковый костюм: сильно декольтированный корсаж, широкий пояс, от которого вниз, к самым ступням, золотой бахромой спускались длинные ленты, большой бант на спине, короткие шелковые штанишки с рубиновой застежкой спереди и алмазной пряжкой на  бедрах, нижние панталоны, оборки на которых были столь коротки, что не скрывали коленей, ажурные шелковые чулки и атласные туфельки, усеянные брильянтами и с брильянтовыми же бантами, и конечно, длинные белые лайковые перчатки. Каблуки на туфлях были не меньше пяти дюймов.

Меня привели к Элен, которая сегодня поцеловала своего брата с большой нежностью.

“Элен, пожалуйста, не заставляй меня ходить в таком виде!”

“А мне нравится, как ты одет!” – смеясь ответила она и подтолкнула меня к высокому зеркалу. – “Встань и поставь ноги вместе. По-моему, ты выглядишь великолепно! Изящно, богато! Этот цвет хорошо подчеркивает белизну твоей кожи, а пояс подчеркивает стройность фигуры”.

“Но я не могу выйти к публике, одетый вот так!”

“Это – вечерний наряд, любимый. Если он тебе не нравится, ты можешь переодеться в свои бархатные штанишки и ботинки из лакированной кожи”.

“Но все будут смеяться надо мной!”

“А я думаю, что все встретят тебя с любовью, дорогой,” – ответила Элен с улыбкой.

“Но когда же ты разрешишь мне носить брюки?”

“Никогда!” – отрезала Элен решительно. Она села. Я ошеломленно уставился на нее.

“Никогда?”

“Конечно, никогда! Как ты собираешься носить брюки с такой фигурой?  Представь, что брюки обтянули эти женственные бедра, и эту талию, и эти довольно пухлые округлости сзади?!”

“Тонкой мою талию делает корсет! Это он придает ей женственный вид!” – парировал я и тут же густо покраснел.

“Без сомнения, ты никогда не сможешь избавиться от ношения корсета. Помни, что у тебя круглые женские груди, которым могут позавидовать многие девицы. Если не носить корсет, они начнут опускаться, фигура быстро испортится.  Было бы смешно позволить тебе носить брюки. Сейчас ты выглядишь превосходно, а в брюках будешь смотреться нелепо и даже глупо!”

Я смутился и снова покраснел.

“Да,” – продолжала Элен, – “я несу ответственность за твое честное имя. И поэтому никогда не позволю тебе выставить себя на посмешище!”

Я видел, что было бесполезно переубеждать ее. И надо признать: в ее словах было много правды. Им с мисс Присциллой удалось отомстить мне. Я унаследовал состояние своего отца, а взамен они безвозвратно сделали меня женщиной.

Я упал на колени перед нею.

“Тогда, Элен, я решился! Позволь Деннису Берилу исчезнуть окончательно!”

intimSHOP.ru

Ее глаза сверкнули триумфом.

“Позволь ему умереть! Ты станешь хозяйкой всего состояния. Позволь Денизе вернуться сюда. Я никогда не женюсь. И никогда не буду носить брюки. Я хочу стать твоей прекрасной рабыней. Позволь мне вести жизнь девушки!”

Элен пылко поцеловала меня. Она так долго готовила это решение.

“Я сделаю тебя счастливой, Дениза,” – сказала она. – “Я буду следить, чтобы у тебя были самые красивые наряды. Ты будешь общаться с Вайолет, с другими подругами и обещаю – у тебя будут все доступные удовольствия!”

Так все и устроилось. Нашим огромным хозяйством занимался Гай Рэптон. Однажды, одетый в женский наряд, в сопровождении мисс Присциллы я выехал в маленький одинокий домик у моря. Элен объявила всем, что Деннис поступил в немецкий университет для завершения образования. Когда в одной из бедных семей от чахотки умер сын, студент, за большие деньги удалось договориться, что они выдадут его за меня.  Его кремировали как Денниса Эвелин Берила. Надгробная плита с моим именем стоит на небольшом кладбище в Бонне.

Элен ездила в Германию на похороны. Никто не заподозрил обмана. Гаю Рэптону щедро платили за молчание. Наши арендаторы были в восторге, когда узнали, что теперь полновластной хозяйкой состояния стала Элен. По возвращении с похорон она объявила, что в память о несчастном Деннисе хочет приютить у себя Денизу Берил. Денизу вывели в свет, она обрела множество друзей и знакомых. Мое возвращение в девичьем облике Вайолет встретила с восторгом. Что же касается меня… Позвольте дать ответ в маленькой финальной сцене.

Два года спустя. Лондонский сезон в разгаре. Великолепный бал в одном из особняков. Зимний сад с пальмами в неясном освещении. Со стороны двери доносится томная музыка вальса. В мягких креслах, рядом друг с другом, сидят двое. В одном – девушка, одетая в дорогое белое бархатное платье с розовыми розами на корсаже и в волосах, драгоценности сверкают на ее белой шее и запястьях перчаток. На полных красных губах – улыбка, глаза блестят, лицо сияет от удовольствия. К ней наклонился молодой красивый мужчина. Во всем его облике чувствуется ум и решительность. Это тот самый молодой политик, который когда-то выступал с речью в Гэмпшире. Теперь он –  член кабинета министров. Молодой человек говорит. “Дениза, я хочу называть вас Дениза. Вы восхитительны от локонов волос до носков ваших чудных атласных туфелек!”

Дениза смеется, заливается легким румянцем и кокетливо сводит вместе белые блестящие туфли на высоком каблуке.

“Мое сердце – у ваших ног,” – говорит молодой мужчина. – “Как мне доказать вам это?”

Дениза пристально смотрит в глаза своему спутнику.

“Встаньте на колени и поцелуйте их,” – говорит она. Они считают, что никто за ними не наблюдает. Молодой человек опускается на колени и почтительно целует маленькие ножки девушки. Дениза поднимается, тихо смеясь.

“Я должна идти, мной обещан следующий танец”.

“Вы дадите мне вашу руку?” – спрашивает молодой мужчина.

“Вы просите слишком многое,” – отвечает Дениза с улыбкой, – “но свои ноги я  вам уже отдала”.

Девушка легко бежит по направлению к танцевальному залу. Она потеряла положение в обществе, состояние, мужское имя, но из своего женского положения извлекла немалую выгоду и получила власть, которой мало кто из мужчин когда-либо наслаждался.

 КОНЕЦ

перевод alexbragin (мужчина)

 

Вы можете пропустить до конца и оставить ответ. Pinging в настоящее время не доступны.

Страница 1 из 0


Есть 1 комментарий. к “Мисс Высокие каблучки – окончание”

  1. Восхитительно! Чего только стоит фраза “Разве подчинение женщинам не заставляет трепетать твое сердце?” Ее прямо хочется поставить на Главной страничке сайта. Или “В этот раз я не чувствовал никакого удовольствия от боли. Мне не хватало женской одежды, чтобы испытать прежнее чувственное волнение”.
    Еще мне было бы очень интересно взглянуть, как выглядят туфли “в стиле Луи XV”. В сети что-то не нашел.

Страница 1 из 11

Написать комментарий

Вы должны войти чтобы добавить свой комментарий.

контакты: support@sissyboy.ru